Норатус: самое большое поле хачкаров

Норатус - это семь гектаров луга на западной стороне озера Севан, где стоит почти тысяча хачкаров, армянских резных крест-камней, и сегодня это самое большое сохранившееся поле хачкаров в мире. Оно лежит рядом с живым селом примерно в 90 км к востоку от Еревана и в нескольких километрах от областного центра Гавар. Вход не стоит ничего. Ограды, кассы и ворот нет, а большинство приезжих отводят на него двадцать минут, хотя место заслуживает часа.

Час нужен потому, что Норатус - не памятник, на который смотрят, а текст, который читают. Все камни разные, и как только начинаешь отличать резчика XIII века от резчика XVII - и замечать плоские плиты, на которых показано, чем покойный занимался при жизни, - поле перестаёт быть живописным кладбищем и превращается в века сельской жизни, записанные в камне. Для этого надо кое-что знать, а на месте почти ничего не подсказывают: ни карты, ни, как правило, кого-то, кто проведёт и объяснит.

Что такое хачкар

Слово буквально значит крест-камень: хач (крест) плюс кар (камень). Классическая форма - плита обычно около 1,5 м высотой, на которой вырезан крест, стоящий на розетке или солнечном диске, а остальная плоскость камня заполнена плетёнкой, листьями, виноградом и гранатами. Большинство ставили ради спасения души - умершего, а иногда и живого человека, - другие отмечали победу, основание церкви или служили защитой от бедствий.

Первые настоящие хачкары появляются в IX веке, когда Армения вышла из-под арабского владычества, а самый ранний датированный вырезан в 879 году в Гарни для царицы Катраниды I. Расцвет искусства пришёлся на XII-XIV века, с монгольским нашествием в конце XIV оно пришло в упадок и возродилось в XVI-XVII, так и не вернув прежней тонкости. Сохранившихся хачкаров - десятки тысяч; одна только ЮНЕСКО насчитывает в Армении более 50 000, и в 2010 году она внесла ремесло в Репрезентативный список нематериального культурного наследия человечества под названием «Искусство армянских крест-камней: символика и мастерство хачкаров», отметив, что среди них нет двух с одинаковым узором.

Поле: почти тысяча камней

Источники насчитывают от 900 до примерно 1000 камней, и окончательной цифры, похоже, нет ни у кого, - что само по себе кое-что говорит о месте. Самые старые камни восходят примерно к концу X века; армянские каталоги наследия относят самые ранние к IX веку, а основную массу - к XIII-XIV. Большинство покрыто оранжевым и серым лишайником, и это не запущенность, а высота, ветер и шесть-семь веков погоды.

Именно здесь обещание отличать один век от другого и окупается, а всё дело в самой резьбе. На пиковом камне XIII-XIV веков орнамент режут глубоко и тонко, в два-три плана, так что крест словно парит над затенённой сетью плетёнки, сквозь которую впору протянуть нить. Самые ранние камни, X-XI веков, в поле самые простые: крупный ясный крест, вокруг него оставлен голый камень, а узор скупой и жёсткий. Работа возрождения - третий облик и тот, что задаёт Норатусу характер. При Сефевидах в XVI-XVII веках здешние резчики работали с заметным восточным влиянием в орнаменте, и от того поколения известны три мастера по именам - лучший из них Кирам Казмог (1551-1610), рядом с ним современники Аракел и Мелисет. Их камни площе и перегруженнее резьбой, узор мельче и чуть простоват - не неудавшаяся средневековая работа, а традиция, которую восстанавливали под чужой властью. Когда эти три регистра осядут в глазу, поле перестаёт быть мешаниной и само сортируется по датам, пока идёшь.

А ещё есть плоские. Между стоящими крестами разбросаны горизонтальные плиты с сюжетами - свадьбы, полевые работы, фигуры и животные под полосой надписи. Именно их стоит выискивать: только здесь во всём поле встречаешь человека, а не формулу.

И ещё одно, что стоит взять с собой: эти надписи датированы буквами, а не цифрами. В средневековой Армении алфавит служил системой счисления, так что дата на плите выглядит как слово, пока не знаешь, на что смотришь. Расшифровать её на месте не выйдет, но становится понятно, почему верхняя полоса камня часто похожа на фразу, из которой вынули гласные.

Почему поле самое большое и какой ценой

Норатус - крупнейшее сохранившееся поле хачкаров не потому, что было самым большим, а потому, что большее уничтожено. На армянском кладбище в Джульфе (Джуге) в Нахичевани в 1648 году стояло около 10 000 хачкаров. К 1998 году оставалось около 2700, а между 1998 и 2005 годами власти Азербайджана сровняли остаток с землёй вопреки резолюции ЮНЕСКО 2000 года об их охране. Вот прямая причина, по которой скромное сельское кладбище у Севана носит теперь этот титул, и знать её стоит до того, как достанете камеру.

Это же правильно настраивает ожидания. Хачкары, которые обычно называют лучшими в Армении, находятся в других местах: камень 1213 года в Гегарде, предположительно работы мастеров Тимота и Мхитара; «Всеспаситель» (Аменапркич) в Ахпате, вырезанный мастером Ваграмом в 1273-м; и хачкар мастера Погоса 1291 года в Гошаванке. Норатус - не про один идеальный камень. Он про масштаб, разнообразие и народную резьбу, и это другой, а в чём-то и лучший опыт, чем разглядывание шедевра за верёвочкой. Наш обзор лучших монастырей Армении рассказывает, где живут те самые шедевры, а страница про объекты ЮНЕСКО в Армении объясняет, почему хачкарное ремесло попало в список нематериального наследия, а не Всемирного.

Что рассказывают в селе

К полю прицеплены две легенды, и обе пересказывают приезжим как факт.

Первая - осадная. Когда к селу подошло вражеское войско, сельчане будто бы надели на хачкары шлемы и приставили к ним мечи, так что издали поле выглядело как армия, держащая оборону, и захватчики отступили. В самой ходовой версии это войско Тамерлана; армянские источники рассказывают тот же трюк про царя Гегама, обманувшего сельджуков. Два разных врага на одну историю - обычно признак фольклора, а не хроники, но слушать её, стоя в том самом поле, от этого не хуже.

Вторая страннее и, судя по следам на земле, всё ещё жива. Монах XIX века Тер Карапет Ованеси-Овакимян отпевал здешних покойников, приезжая из монастыря рядом с селом. Чтобы не тратить два часа на дорогу туда и обратно, он выстроил себе келью прямо у кладбища, а в 90 лет попросил монастырскую братию похоронить его заживо, велев не бояться никого, кроме Бога; а тем, кого мучает страх, наказал приходить к его могиле, поливать водой камень, пить эту воду, омывать лицо и руки, а потом разбивать сосуд. Люди до сих пор так делают. Если найдёте могилу, вокруг которой рассыпано битое стекло, - это она.

Как добраться и как себя вести

Норатус лежит примерно в 90 км от Еревана: по М4 до Севана, дальше по тихой дороге вдоль западного берега на юг, мимо Айраванка, до села, немного не доезжая Гавара. Считайте полтора-два часа в одну сторону на машине. Наш гид по озеру Севан разбирает берега и пляжи, а полный автомобильный круг с Норатусом, Айраванком и перевалом Селим расписан в маршруте вокруг Севана.

На общественном транспорте это поездка в два этапа, и небыстрая. Путешественники сообщали в 2025 году, что маршрутка 326 идёт с северного автовокзала Еревана в Гавар примерно каждые полчаса за 1100 драмов, а последняя оттуда уходит около 18:40; от центральной площади Гавара последние несколько километров до села Норатус закрывают местные микроавтобусы примерно до 14:30. Загвоздка - обратная дорога: последняя маршрутка из Гавара в Ереван уходит примерно в 15:40, так что день короче, чем кажется по времени отправлений туда. Считайте всё это отправной точкой, а не расписанием: расписания и тарифы армянских маршруток меняются, так что уточняйте на вокзале в день поездки и заранее выясните, когда уходит последний обратный рейс. Если играть в это не хочется, местное решение - взять такси на всю поездку: как здесь устроены тарифы, разбирает наша страница про приложения такси в Армении, а общая транспортная картина - в материале из Еревана на Севан. Экскурсия на Севан с гидом, где Севанаванк и Норатус идут вместе, решает вопрос одним бронированием.

На месте важны три вещи. Первое: вход бесплатный, ограды нет, и никто не подскажет, где ходить, - а прямо рядом со старым полем, за забором, стоит современное кладбище, да и в самом старом есть недавние семейные могилы. Это действующее кладбище, и двигаться по нему надо соответственно: по тропинкам между камнями, ни на что не залезая и не приставляя камеру к резьбе. Второе: тени и укрытия нет на все семь гектаров, а это открытое плато на севанской высоте, так что шляпа в июле и ветрозащитная куртка весной или осенью - не блажь. Третье: у входа в сезон обычно стоит пара лотков со снеками и вязаными сувенирами, и вас могут мягко попросить что-нибудь купить, - но не рассчитывайте, что там кто-то объяснит вам камни.

Совмещайте поле с озером, а не ездите за камнями отдельно. Очевидная пара - Севанаванк на полуострове, о нём наша страница про монастырь Севанаванк; Айраванк на берегу тише обоих, а Гавар поблизости - единственное разумное место для обеда. Приезжайте утром, если хотите разобрать резьбу: низкий боковой свет вытягивает плетёнку из лишайника, а плоское полуденное солнце превращает всё поле в серые блоки. Это довод в пользу машины: первый рейс довезёт вас до Норатуса лишь к полудню, так что утренний свет здесь на практике означает свой автомобиль или ночёвку поблизости. Наш гид по аренде авто в Армении объясняет, чего ждать от этих второстепенных прибрежных дорог.